Вокруг соболя, или легализация промысловой охоты

 

Соболь — один из самых распространённых и ценных пушных зверьков России, одновременно, вид-загадка. Именно про него пишут до сих пор «бывший на грани исчезновения», заносят в региональные Красные книги. В то же время любой уважающий себя сибирский промысловик может добыть за сезон сотню соболей, не нанеся при этом существенного ущерба окружающей среде, ни самому соболиному поголовью.

Одну из отдалённых страничек «биографии» соболя удалось прочесть благодаря трудам красноярского учёного П. Н. Павлова о промысловой колонизации и пушном промысле в Сибири в XVII веке. Любопытны следующие сравнения автора. К бедным промышленникам (так называли промысловиков) относились те, которые добывали тогда до 30 соболей в год. Средние по способностям охотники брали 31-100 соболей, а «зажиточные» (трудолюбивые) — по 101-200 соболей. К примеру, из 800 промышленников 88 человек (11%) добывали свыше сотни соболей каждый.

О состоянии ресурсов соболя в XVIII и первой половине XIX веков сведений нет. Имеется лишь указание Л. П. Сабанеева (1875) на то, что во второй половине XIX века ценность соболиного меха возрастала. Отсутствие достоверных материалов по численности соболя на протяжении полутора веков дало повод говорить о двухвековой депрессии данного вида. Восстановление ареала и ресурсов, происшедшее как результат комплексных мероприятий: запрета промысла, реакклиматизации, создания заповедников, а также уменьшения числа охотников в военные и послевоенные годы произошло к концу 1950-х гг. за 25-30 лет. Подобное не вписывалось в схему представлений о соболе, как исчезающем виде (в семнадцатом веке его ресурсы при отсутствии любых законодательных ограничений добычи были подорваны за 50 — 60 лет).

 



  • На главную